висела окровавленная повязка.
Пораженный, он стал вглядываться. Повязка была пустая, аккуратно сделанная, но совершенно пустая. Он хотел подойти и схватить ее, но чье-то прикосновение остановило его, и он совсем рядом услыхал голос:
– Кемп!
– А? – сказал Кемп, разинув рот.
– Не пугайтесь, – продолжал Голос. – Я Невидимка.
Кемп некоторое время молча глядел на повязку.
– Невидимка? – сказал он наконец.
– Невидимка, – повторил Голос.
Кемпу сразу вспомнилась история, которую он так усердно высмеивал еще сегодня утром. Но в эту минуту он, по-видимому, не очень испугался и удивился. Только впоследствии он мог дать себе отчет в своих чувствах.
– Я считал, что все это выдумка, – сказал он. При этом у него в голове вертелись доводы, которые он приводил утром. – Вы в повязке? – спросил он.
– Да, – ответил Невидимка.
– О! – взволнованно сказал Кемп. – Вот так штука! – Но тут же спохватился. – Вздор. Фокус какой-нибудь. – Он быстро шагнул вперед, и рука его, протянутая к повязке, встретила невидимые пальцы.
При этом прикосновении он отпрянул и изменился в лице.
– Ради бога, Кемп, не пугайтесь. Мне так нужна помощь! Постойте!
Невидимая рука схватила Кемпа за локоть. Кемп ударил по ней.
– Кемп! – крикнул Голос. – Кемп, успокойтесь! – И рука Невидимки еще крепче сжала его локоть.
Бешеное желание высвободиться овладело Кемпом. Перевязанная рука вцепилась ему в плечо, и вдруг Кемп был сшиблен с ног и брошен навзничь на кровать. Он открыл рот, чтобы крикнуть, но в ту же секунду край простыни очутился у него между зубами. Невидимка держал его крепко, но руки у Кемпа были свободны, и он неистово колотил ими куда попало.
– Будьте благоразумны, – сказал Невидимка, который, несмотря на сыпавшиеся на него удары, крепко держал Кемпа. – Ради бога, не выводите меня из терпения. Лежите смирно, болван вы этакий! – проревел Невидимка в самое ухо Кемпа.
Еще с минуту Кемп продолжал барахтаться, потом затих.
– Если вы крикнете, я размозжу вам голову, – сказал Невидимка, вынимая простыню изо рта Кемпа. – Я Невидимка. Это не выдумка и не фокус. Я действительно Невидимка. И мне нужна ваша помощь. Я не причиню вам никакого вреда, если вы не будете вести себя, как обалделый мужлан. Неужели вы меня не помните, Кемп? Я Гриффин, мы же вместе учились в университете.
– Дайте мне встать, – сказал Кемп. – Я никуда не убегу. И дайте мне минуту посидеть спокойно.
Он сел на кровати и пощупал затылок.
– Я Гриффин, учился в университете вместе с вами. Я сделал себя невидимым. Я самый обыкновенный человек, которого вы знали, но только невидимый.
– Гриффин? – переспросил Кемп.
– Да, Гриффин, – ответил Голос. – В университете я был на курс моложе вас, белокурый, почти альбинос, шести футов росту, широкоплечий, лицо розовое, глаза красные. Получил награду за работу по химии.
– Ничего не понимаю, – сказал Кемп, – в голове у меня совсем помутилось. При чем тут Гриффин?
– Гриффин – это я.
Кемп задумался.
– Это ужасно, – сказал он. – Но какая чертовщина может сделать человека невидимым?
– Никакой чертовщины. Это вполне логичный и довольно несложный процесс…
– Это ужасно, – сказал Кемп. – Каким образом?
– Да, ужасно. Но я ранен, мне больно, и я устал. О господи, Кемп, будьте мужчиной! Отнеситесь к этому спокойно. Дайте мне поесть и напиться, а пока что я присяду.
Кемп глядел на повязку, двигавшуюся по комнате; затем он увидел, как плетеное кресло протащилось по полу и остановилось возле кровати. Оно затрещало, и сиденье опустилось на четверть дюйма. Кемп протер глаза и снова пощупал затылок.
– Это почище всяких привидений, – сказал он и глупо рассмеялся.
– Вот так-то лучше. Слава богу, вы становитесь благоразумным.
– Или глупею, – сказал Кемп и снова протер глаза.
– Дайте мне виски. Я еле дышу.
– Этого я бы не сказал. Где вы? Если я встану, то не наткнусь на вас? Ага, вы тут. Ладно. Виски?.. Пожалуйста. Куда же мне подать его вам?
Кресло затрещало, и Кемп почувствовал, что стакан берут у него из рук. Он выпустил его не без усилия, невольно опасаясь, что стакан разобьется. Стакан повис в воздухе, дюймах в двадцати над креслом. Кемп глядел на стакан в полном недоумении.
– Это… Ну конечно, это гипноз… Вы, должно быть, внушили мне, что вы невидимы.
– Чушь! – сказал Голос.
– Но ведь это – безумие!
– Выслушайте меня.
– Только сегодня я привел неоспоримые доказательства, – начал Кемп, – что невидимость…
– Плюньте на все доказательства, – прервал его Голос. – Я умираю с голоду, и для человека, совершенно раздетого, здесь довольно прохладно.
– Он чувствует голод! – сказал Кемп.
Стакан виски опрокинулся.
– Да, – сказал Невидимка, со стуком ставя стакан. – Нет ли у вас халата?
Кемп пробормотал что-то вполголоса и, подойдя к платяному шкафу, вынул оттуда темно-красный халат.
– Подойдет? – спросил он.
Халат взяли у него из рук. С минуту он висел неподвижно в воздухе, затем как-то странно заколыхался, вытянулся во всю длину и, застегнувшись на все пуговицы, опустился в кресло.
– Хорошо бы кальсоны, носки и туфли, – отрывисто произнес Невидимка. – И поесть.
– Все, что угодно. Но со мной в жизни не случалось ничего более нелепого.
Кемп достал из комода вещи, которые просил Невидимка, и спустился в кладовку. Он вернулся с холодными котлетами и хлебом и, пододвинув небольшой столик, расставил все это перед гостем.
– Обойдусь и без ножа, – сказал Невидимка, и котлета повисла в воздухе; послышалось чавканье.
– Я всегда предпочитал сперва одеться, а потом уже есть, – сказал Невидимка с набитым ртом, жадно глотая хлеб с котлетой. – Странная прихоть!
– Рука, по-видимому, действует? – сказал Кемп.
– Будьте спокойны, – сказал Невидимка.
– И все-таки как это странно!..
– Вот именно. Но самое странное то, что я попал именно к вам, когда мне понадобилась перевязка. Это моя первая удача! Впрочем, я все равно решил переночевать в этом доме. Вам не отвертеться! Страшно неудобно, что кровь мою видно, правда? Целая лужа натекла. Должно быть, она становится видимой по мере свертывания. Мне удалось изменить лишь живую ткань, я невидим, только пока жив… Уж три часа, как я здесь.
– Но как вы это сделали? – начал Кемп раздраженно. – Черт знает что! Вся эта история от начала до конца – сплошная нелепость.
– Напрасно вы так думаете, – сказал Невидимка. – Все это совершенно разумно.
Он протянул руку и взял бутылку с виски. Кемп с изумлением глядел на халат, поглощавший виски. Свет свечи, проходя сквозь дырку на правом плече халата, образовал светлый треугольник.
– Что это были за выстрелы? – спросил Кемп. – Отчего началась пальба?
– Там был один дурак, мой случайный компаньон, черт бы его побрал, который хотел украсть мои деньги. И украл-таки.
– Тоже
